Как будут выглядеть договоренности об экстрадиции между Великобританией и ЕС после «брексита»?

В преддверии «брексита» было неясно, как будут выглядеть договоренности об экстрадиции между Великобританией и ЕС 1 января 2021 года. Однако опасения по поводу вероятности выхода Великобритании из Евросоюза «без формального соглашения» улетучились 24 декабря 2020 года, когда Великобритания и ЕС заключили Соглашение о торговле и сотрудничестве (далее – «СТС»).[1]

Часть 3 СТС охватывает «Сотрудничество правоохранительных и судебных органов по уголовным делам». Экстрадиция или «договоренности о выдаче» изложены в Главе VII.[2]

Закон о Европейском союзе (будущие отношения) от 2020 года (далее – «ЗЕСБО»), вступивший в силу 31 декабря 2020 года, вносит поправки в национальное законодательство в этой сфере, основанное на Законе об экстрадиции от 2003 года.

Рамочное решение по Европейскому ордеру на арест (далее – «ЕОА») утратило свою силу. ЗЕСБО вносит поправки в Закон об экстрадиции от 2003 года, заменяя ссылки на Рамочное решение ссылками на СТС.[3] 27 стран ЕС и Гибралтар обозначаются территориями Категории 1.[4] Норвегия и Исландия обозначаются территориями Категории 2.

Основные принципы СТС

Несмотря на то что в СТС не говорится о «взаимном доверии», в общих положениях статьи 3 Главы VII говорится, что сотрудничество между Великобританией и ЕС основано на:

[…] имеющемся у Сторон и Государств-членов давнем уважении демократии, верховенства права и защиты основных прав и свобод лиц, в том числе изложенных во Всеобщей декларации прав человека ООН и Европейской конвенции о правах человека, а также важности осуществления этих предусмотренных Конвенцией прав и свобод на своей территории.

Некоторые важные моменты, предусмотренные СТС

• Новые положения не применяются в тех случаях, если лицо уже арестовано на основании ЕОА или распоряжение о выдаче вынесено до 31 декабря 2020 года.
• Если ЕОА выдан до 31 декабря 2020 года, но арест еще не произведен, тогда такой ордер будут считаться «ордером на арест» в целях новых договоренностей о выдаче (ст. 112, Глава VII).
• Юрисдикция Судебной палаты Европейского союза не будет распространяться на новые договоренности. Вместо этого, должностные лица из Великобритании и ЕС будут осуществлять контроль над исполнением Части 3 СТС в рамках Специализированного комитета по вопросам сотрудничества правоохранительных и судебных органов.
• Принцип соразмерности не являлся нормой Рамочного решения о ЕОА, но с 2014 года он является частью Закона об экстрадиции от 2003 года на основании раздела 21А. Единственное различие заключается в том, что на основании статьи 77 принцип соразмерности не ограничивается обвинительными делами, но и также применяется к делам, по которым уже вынесен обвинительный приговор.
• Также делается акцент на рассмотрение менее принудительных мер вместо выдачи. Это также является положением национального законодательства с 2014 года на основании раздела 21В Закона об экстрадиции от 2003 года. В статье 77 говорится:

«Сотрудничество в рамках ордера на арест является необходимым и соразмерным, с учетом прав запрашиваемого лица и интересов потерпевших, а также принимая во внимание тяжесть деяния, вероятное наказание, которое будет назначено, и возможность принятия Государством менее принудительных мер, чем выдача запрашиваемого лица, в особенности во избежание излишне длительных периодов предварительного заключения».

Для лиц, которым грозит экстрадиция в одну из стран Евросоюза, формулировка СТС может знаменовать смену подхода к рассмотрению запросов об экстрадиции. Возможно, это свободный полет мысли, но во время пандемии COVID-19 правовой системе пришлось принимать прагматические решения. Теперь виртуальные допросы в полицейских участках и судебные заседания по видеосвязи являются обычным и в целом эффективным явлением. В определенных случаях эти средства приносят пользу всем сторонам – ведь они служат для более оперативного рассмотрения дел и соответствуют принципам, предусмотренным статьей 77 и Законом об экстрадиции от 2003 года.

• В статье 78 изложены ключевые принципы СТС, и они тесно отражают первоначальное Рамочное решение.
• Статья 79 касается сферы применения ордера на арест. Двойная подсудность должна быть установлена в каждом случае, и отныне не применяется Рамочный перечень.[5]
• Статья 82 вносит оговорку о политическом преступлении.
• Статья 83 вносит запрет на выдачу на основании гражданства. В статье 83(2) говорится, что государства вправе отказать в выдаче собственных граждан. Во время переходного периода Германия, Австрия и Словения решили воспользоваться этой опцией и не выдавать собственных граждан.
• Статья 84 касается дипломатических заверений, чего не было в Рамочном решении. В данной статье подтверждается использование заверений: а) в делах, предусматривающих полное пожизненное заключение; b) при передаче в целях отбывания наказания; и с) в случаях наличия риска нарушения основных прав лица.

Критика СТС

Основная критика СТС касается вопросов продолжения обеспечения правопорядка в Великобритании и утраты доступа к базе данных «Шенгенская информационная система II» (SIS II). SIS II представляет собой полицейскую и судебную базу данных, в которой публикуют информацию 27 стран ЕС, Норвегия, Исландия, Швейцария и Лихтенштейн. Прежде чем вступило в силу новое соглашение, SIS II позволяла должностным лицам полиции и органов безопасности, помимо доступа к Национальной базе данных полиции, иметь доступ, в режиме реального времени, к информации, полученной из этих государств.

Министр внутренних дел выразила уверенность, что в Великобритании стало безопаснее после выхода из ЕС. Тем не менее высокопоставленные должностные лица из правоохранительных органов и органов безопасности сообщили о имеющейся у них озабоченности в связи с утратой доступа к данным в режиме реального времени, а также влиянии, которое это окажет на борьбу с терроризмом и организованной преступностью.

В Части 3 СТС предусматриваются установленные инструменты сотрудничества между ЕС и Великобританией. Речь идет о таких сферах, как Обмен данными ДНК, отпечатков пальцев и транспортных средств (Глава II), Данные о пассажирах (Глава  III), Оперативная информация (Глава  IV), Сотрудничество с Европолом (Глава V), Сотрудничество с Евроюстом (Глава  VI), Взаимная правовая помощь (Глава  VIII), Обмен информацией о фактах судимости (Глава  IX), Меры по предотвращению отмывания денег и финансирования терроризма(Глава  Х) и Арест имущества и конфискация (Глава  XI).

Несмотря на указанные положения, сэр Иан Блэр (бывший комиссар Лондонской полиции), выступая в транслируемой на BBC Radio 4 радиопередаче «Сегодня», сообщил, что в стране станет менее безопасно, так как «мы утратили полный доступ к действующим по всей Европе в режиме реального времени обширным базам данных по фактам уголовной судимости, отпечаткам пальцев, данным агентуры».[6]

Для того чтобы понять, какое влияние оказала утрата доступа к базам данных на оперативном уровне, стоит упомянуть, что в течение 2020 года органы полиции Великобритании заходили в базу данных SIS II более 600 миллионов раз.

Скорая проверка для новых договоренностей – Polakowski & Others

В деле Polakowski & Others проводилось оспаривание в соответствии с процедурой habeas corpus в отношении пяти запрашиваемых лиц. В соответствии с представленными доводами, после окончания переходного периода отсутствовало правовое основание для передачи лиц в соответствии с процедурой ЕАО, а также в соответствии с национальным законодательством страны начиная с 23:00 31 декабря 2020 года отсутствовали основания для дальнейшего содержания под стражей или освобождения под залог с условиями.

Суд решил, что данное оспаривание не должно проводиться в соответствии с процедурой habeas corpus, вместо этого постановив, что слушание должно проводиться в порядке получения разрешения на проведение пересмотра решения в судебном порядке. Оставив без удовлетворения данное оспаривание, Административный суд признал ошибочность доводов, представленных в поддержку данного заявления.

Суд постановил, что в соответствии с принципами конституционного права сначала требуется рассмотреть применение национального законодательства в виде Закона об экстрадиции от 2003 года, а также иного национального законодательства, вносящего поправки в данный закон, а не Рамочного решения, иного законодательства ЕС или международного договора, не внесенного в национальное законодательство Великобритании.

Судьи провели рассмотрение различных поправок национального законодательства:

В этих правовых положениях четко говорится, что намерение заключалось в том, что Закон об экстрадиции от 2003 года должен продолжать применяться в неизменной форме по отношению к делам об экстрадиции, рассматриваемым в суде после 23:00 31 декабря 2020 года, если арест состоялся до этого момента. В частности, ЗЕСБО предусматривает, что в таких случаях суд должен принять решение, является ли указанное в ЕОА преступление тем, за которое предусматривается экстрадиция. Это совершенно противоречит представлению заявителей о том, что они имеют право на освобождение от экстрадиции вследствие отсутствия теперь у судов Великобритании юрисдикции на рассмотрение дел, связанных с ЕОА.[7]

Заключительные замечания

Договоренности о выдаче преступников между Великобританией и Евросоюзом в соответствии с СТС очень похожи на те, которые действовали в соответствии с Рамочным решением по ЕОА. По мере рассмотрения дел в Вестминстерском магистратском суде и судах апелляционных инстанций, должно пройти время, прежде чем сложится понимание того, как происходит развитие отношений между ЕС и Великобританией на практике.

Мы будем внимательно следить за числом арестов в соответствии с новой системой, проведенными оспариваниями и степенью сотрудничества между ЕС и Великобританией по уголовным делам.

«Брексит» кардинально не изменил те вызовы, с которыми сталкиваются ЕС и Великобритания в борьбе с терроризмом, экономическими преступлениями и организованной преступностью.

Просим связаться с нами, если вам грозит производство по экстрадиции или вы обеспокоены, что в отношении вас может начаться такое производство в будущем.

Информация в данном блоге предлагается только в целях общего ознакомления, она не является исчерпывающей и не содержит в себе юридической консультации. В то время как сделано все возможное, чтобы убедиться, что данные сведения и законодательство соответствуют действующим на момент публикации правовым нормам, следует помнить, что с учетом течения времени такие сведения могут перестать отражать текущие правовые положения. Фирма Gherson не несет ответственности за ущерб, в случае возникновения такового, вследствие доступа к содержащейся в этом блоге информации или ее использования. Для получения официальной консультации по действующему законодательству, пожалуйста, свяжитесь с фирмой Gherson. Юридические консультации предоставляются только на основании письменного соглашения в установленной форме, подписанного клиентом, с одной стороны, и от имени или по поручению фирмы Gherson, с другой стороны.